Фамилия Алегберов — один из тех случаев, когда внешне знакомая русская модель (-ов) скрывает корни, уходящие в тюркские языки. Сразу скажем главное: перед нами не славянская основа, а сложносоставное тюркское имя Алегбер, к которому добавили типичный русский суффикс принадлежности. Разберём это имя по частям.

Первая часть, «алег», может восходить к арабскому «али» (высокий, возвышенный) или к тюркскому «ал» (алый, красный, а также могучий). Встречаются и версии с осетинским влиянием, где «алег» могло означать родовую принадлежность. Вторая часть — «бер» — от тюркского «бер» (дай, дающий). В итоге имя Алегбер можно понять как «могучий дай» или, в более условном прочтении, «Богом данный». Спор между этими трактовками неразрешим без точного знания диалекта, но тюркская основа сомнений не вызывает.

Словообразовательная модель типична для русских фамилий, возникших в среде крещёных тюркских народов: к основе на согласный добавляется суффикс -ов, указывающий на принадлежность. То есть Алегберов — это «сын Алегбера». Такая модель нередко встречается у татар, башкир, а также у народов Северного Кавказа, активно контактировавших с русским языком в XIX веке.

Географически фамилия Алегберов тяготеет к регионам Поволжья и Предуралья: Татарстан, Башкортостан, Оренбургская область. Встречается она и в Дагестане, что говорит о возможном смешении тюркских и кавказских антропонимических традиций. В дореволюционных метрических книгах носители фамилии чаще всего записаны как государственные крестьяне или мещане, реже — как казаки. Фамилия довольно редкая: она не попала в массовые списки типичных дворянских или купеческих родов, а бытовала преимущественно в сельской среде.

Особенность, которую стоит запомнить: в отличие от более частых Алиберовых или Алибековых, форма Алегберов сохранила более архаичный звуковой облик имени-основы. Гласная «е» в первом слоге вместо привычного «и» указывает на диалектное или региональное произношение, не затронутое поздней литературной нормой. Это делает фамилию интересным объектом для локальных генеалогических разысканий — по ней можно проследить, как тюркское имя адаптировалось в русской письменности XIX века без оглядки на единый стандарт.