Фамилия Анишинец — редкий случай, когда географический след прослеживается чётче, чем значение корня. Если вы встретили её в современных списках, почти наверняка носитель родом с запада Беларуси или из приграничных районов Польши. Именно там, в Гродненской и Брестской областях, фамилия встречается чаще всего. Это сразу подсказывает, что перед нами — не великорусская, а западнорусская (белорусская) фамилия, и её суффикс это подтверждает.

Суффикс -ец в славянских фамилиях выполняет две роли. Он может указывать на происхождение из определённого места: «полочанин» превращается в Полоца, а «житель Вильни» — в Виленец. Либо он образует прозвище по характерному признаку, как в фамилиях Горбач — Горбаченец, Борода — Бороденец. В случае Анишинец мы имеем дело с первой моделью. Основа фамилии — Анишин. Так называли сына или потомка человека по имени Аниша.

Имя Аниша — это разговорная, народная форма нескольких канонических имён. Чаще всего это производное от Анисий (греческое «исполнение», «завершение») или от Иоанн (Иван) через промежуточные формы Онисим, Анисим. В белорусском говоре усечение имени было обычным делом: Аниша звучало короче и привычнее для деревенского обихода, чем полное церковное имя. Так появилось отчество Анишин, а затем — фамилия Анишинец.

Если собрать всё вместе, получается: жил человек по имени Аниша (в крещении — Анисий или Иван). Его сына в деревне звали Анишиным, то есть «Анишиным сыном». А внук или правнук, который перебрался в соседнюю деревню, получил прозвание Анишинец — «выходец из рода Анишиных» или «тот, кто из семьи Анишина». Фамилия закрепилась за ним и его потомками.

Интересная деталь: в русских фамилиях модель «основа на -ин + -ец» почти не работает. Там преобладают суффиксы -ов и -ин. А вот в белорусской и украинской ономастике, особенно на западе, -ец — один из самых продуктивных способов указать на чужого, пришлого человека. То есть Анишинец — это не просто «сын Аниши», а «пришлый из рода Анишиных». Фамилия как бы хранит память о переселении предка, о смене места жительства.