Фамилия Анцен — редкий случай, когда за коротким звучанием скрывается сразу несколько версий происхождения. Разбираем их по порядку, от наиболее вероятной к спорным.

Самая обоснованная гипотеза связывает фамилию с балтийскими корнями. В основе лежит балтийское слово «ains» — «один, первый». Прозвище Анцен могли дать единственному ребенку в семье, сироте, холостяку или, напротив, человеку нелюдимому, державшемуся особняком. Такая модель образования фамилий типична для Прибалтики, где прозвища нередко описывали социальное положение или характер человека. Для некоторых фамилий балтийского происхождения эта связь устанавливается с несомненной подлинностью.

Вторая версия выводит фамилию из профессиональной сферы. Шведское слово «ansa» означает «конюх, слуга». Если предок носителя фамилии Анцен работал с лошадьми или состоял в услужении, прозвище могло закрепиться за ним и со временем стать фамилией. С учетом исторического присутствия шведов на побережье Балтики, этот вариант тоже имеет право на существование, хотя уступает первому по распространенности.

Менее правдоподобна версия об армянском происхождении. Слово «anzen» переводится как «невооружённый». Согласно этой гипотезе, прозвище мог получить человек, не прошедший военную службу или слишком бедный, чтобы купить оружие. Однако армянский след для фамилии, бытующей преимущественно в балтийском регионе, выглядит натяжкой: нет ни исторических, ни географических подтверждений массового переноса такого прозвища в Восточную Европу.

Что касается суффикса, фамилия Анцен не имеет типичных русских окончаний (-ов, -ин, -ский). Это указывает на её иноязычное происхождение — скорее всего, она закрепилась в письменном виде в немецкой или польской транскрипции, где -en часто служит суффиксом принадлежности или множественного числа. Таким образом, перед нами не русифицированная, а сохранённая в оригинальном виде балтийская или скандинавская фамилия.

Если суммировать: скорее всего, первый носитель фамилии Анцен жил на берегах Балтики, был либо единственным ребёнком в семье, либо нелюдимым человеком, либо — с меньшей вероятностью — конюхом. Армянская версия остаётся экзотической гипотезой, не подкреплённой надёжными данными.