Фамилия Аплевич — один из тех случаев, когда за простой основой скрывается сразу несколько версий происхождения, и ни одну из них нельзя отбросить безоговорочно. Ясно одно: суффикс -евич указывает на восточнославянскую или польскую среду бытования. Такие фамилии типичны для Украины, Белоруссии и Польши, где эта модель была особенно активна. В еврейской среде фамилии на -евич тоже встречались, но как результат адаптации к местной ономастике, а не как исконно еврейский тип.

Самая прямая версия отталкивается от именования Апле или Апл. Если смотреть на него как на прозвище, то ближайшая параллель — немецкое или идишское Appel («яблоко»). В таком случае прозвище мог получить садовод, торговец фруктами или просто человек с румяными щеками. Имена и прозвища от названий растений — явление интернациональное, и языческие имена такого типа встречались у многих народов, так что вариант с «яблоком» выглядит логично и просто.

Однако есть и более сложные пути. В немецкой антропонимии Апле могло быть краткой формой от двух разных имён: Эберхард (от eber — «кабан» и hard — «храбрый») или Альбрехт (от adal — «благородный» и berht — «светлый»). Оба имени были популярны в средневековой Германии, а их сокращения до односложных форм — обычная практика. В этом случае фамилия Аплевич могла возникнуть у потомков переселенцев или выходцев из немецких колоний, осевших на славянских землях.

Наконец, есть версия, уводящая в тюркскую или арабскую среду. Имя Апли (или Абли) могло быть местным вариантом библейского имени Авель, которое через арабское посредничество (от корня «аб» — «отец, владелец») приобрело дополнительный оттенок «основной, истинный». Здесь суффикс -евич работает как славянский патроним, прикреплённый к основе, пришедшей из другой традиции.

Выбрать единственную версию мешает отсутствие ранних письменных фиксаций фамилии. Но если опираться на географию распространения, фамилия Аплевич чаще встречается в западных регионах бывшей Речи Посполитой, где смешивались славянские, немецкие и еврейские антропонимические потоки. Так что предки носителя этой фамилии могли быть и садоводами, и выходцами из немецких колоний, и еврейскими семьями, адаптировавшими своё имя к местной модели. Каждая из этих версий по-своему правдоподобна и отражает сложный культурный фон, в котором формировалась фамилия.