Фамилия Арбейтер — один из тех случаев, где этимология прозрачна, а вот история бытования требует оговорок. Прямое значение — «рабочий»: немецкое Arbeiter прочно вошло в обиход и как профессиональное прозвище, и как основа для фамилии. Казалось бы, всё просто: предок трудился по найму, занимался физическим или ремесленным трудом — вот и прозвали его Арбайтер, а потом закрепили в фамилии.

Но здесь и начинается тонкость. В славянской среде фамилия Арбейтер встречается редко и почти всегда указывает на еврейское происхождение. Дело в том, что в Российской империи, особенно в XIX веке, для еврейского населения фамилии часто создавались искусственно — либо самими носителями при выборе «благозвучного» варианта, либо чиновниками, которым было поручено провести перепись. Немецкий язык служил для этого удобным материалом: он был языком администрации на западных окраинах империи, а также ассоциировался с образованностью и порядком.

В этом ряду стоят не только Арбейтер, но и такие нарочитые конструкции, как Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев»), Цигенбаум («козье дерево») или Квечман («тот, кто говорит неохотно»). Эти фамилии не описывают реальное занятие или внешность — они составлены из двух немецких корней и выглядят как кабинетная работа. Арбейтер в этом списке стоит особняком: слово хотя и немецкое, но прямое, без метафоры. Поэтому нельзя исключать, что кто-то из предков действительно работал по найму, а кто-то получил фамилию по той же логике, по какой сосед стал Зауэрштромом — из желания иметь «немецкую» фамилию или по воле писаря.

Словообразовательно фамилия устроена просто: корень Arbeit- плюс суффикс деятеля -er. В русской записи буква «е» в первом слоге (Арбейтер) отражает немецкое произношение, где ei читается как «ай». Встречаются варианты написания Арбайтер — они ближе к оригинальному звучанию, но в русских документах чаще фиксировали через «е».

Встретить фамилию Арбейтер можно в метрических книгах и ревизских сказках западных губерний — Волынской, Подольской, Киевской, а также у еврейских общин Царства Польского. Дворянских родов с такой фамилией нет, и в крестьянской среде восточнославянских губерний она почти не встречается: это указывает на её искусственное или миграционное происхождение.