Происхождение фамилии Арендателев
Фамилия Арендателев — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка было связано не с занятием человека, а с его имущественным положением или отношением к чужому добру. Вопреки интуитивному ожиданию, это не фамилия профессионального арендатора. Скорее всего, так называли того, кто сам жил на арендованной земле или в арендованном доме — человека, не имевшего собственной недвижимости. В крестьянской среде, где своя земля и своя изба были мерой состоятельности, прозвище Арендатель (или Арендателев) могло закрепиться за безземельным или малоземельным крестьянином, вынужденным снимать надел.
Суффикс -ев указывает на стандартную русскую патронимическую модель: «чей?» — Арендателев, то есть сын или потомок Арендателя. Само слово «арендатель» в XIX веке было вполне употребительным, хотя и несло оттенок книжности. В отличие от исконно русских прозвищ, образованных от конкретных ремёсел (Кузнецов, Плотников), основа здесь — заимствованный юридический термин, что делает фамилию несколько искусственной, «канцелярской» по происхождению. Такие фамилии чаще встречались среди бывших государственных или удельных крестьян, получавших фамилии при переписях не от дедовского прозвища, а от какого-то документально зафиксированного статуса.
Географически фамилия тяготеет к центральным и южным губерниям России, где было распространено помещичье землевладение и практика сдачи земли в аренду. В северных и сибирских регионах, где общинное землепользование было иным, она встречается реже. Сравните с однокоренной фамилией Арендт — та, как правило, имеет немецкое происхождение и восходит к имени Арнольд, а не к понятию аренды. Арендателев же — чисто русская, «говорящая» фамилия, которая при появлении звучала как ярлык: «сын того, кто не своё пашет».
Словообразовательный нюанс: в фамилии сохранился суффикс -елев, а не более привычный -ов. Это говорит о том, что исходное прозвище оканчивалось на -ель (Арендатель), а не на -тел (Арендатов). Такая форма встречается реже и подчёркивает, что прозвище давалось не по действию («тот, кто арендует»), а по состоянию («арендатель» как постоянная характеристика).