Фамилия Барашнин — наглядный пример того, как прозвище, связанное с повседневным бытом, может закрепиться в роду. В основе лежит слово «бараш» — так в южных и западных русских говорах называли барана. Это не единственная версия, но самая прямая и распространённая: прозвище Бараш мог получить либо чабан, либо человек с упрямым, «бараньим» характером, либо просто владелец заметного поголовья овец.

Фамилия образована по продуктивной модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «чей сын?» — Барашнин, то есть потомок Бараша. Интересно, что суффикс -ин обычно присоединяется к основам на -а, -я, поэтому форма Барашнин, а не Барашов, лишний раз подтверждает, что исходное прозвище звучало именно как Бараш (с окончанием на шипящий, но в именительном падеже воспринималось как слово мужского рода). Иногда в качестве основы рассматривают тюркское слово «бараш» — мир, примирение, но для славянской фамилии такое объяснение менее вероятно: тюркские заимствования в прозвищах обычно касались должностей или ремёсел (например, баскак, таможник), а не отвлечённых понятий.

Географически фамилия Барашнин тяготеет к регионам, где было развито овцеводство: юг России, Поволжье, а также к центральным областям, где «бараш» могло быть местным диалектным словом. В документах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Бараш, но фамилия в современной форме, скорее всего, оформилась позже, в XIX веке, когда большинство крестьянских фамилий закрепилось окончательно.

Стоит отличать Барашнина от фамилии Барашев — та образована от того же корня, но через другую модель (суффикс -ев). Барашнины — это потомки конкретного Бараша, а не просто «бараньи» люди. Других однокоренных фамилий, вроде Барашников, в русском языке нет — это уже будет отсылка к профессии бараночника, что совсем другая история.