Фамилия Баребин с первого взгляда кажется простой, но её происхождение неочевидно и уходит в народную речь. В её основе лежит прозвище, а не крестильное имя, что типично для «бытовых» фамилий, возникших в среде крестьян и посадских людей. Модель образования типична для центральной России: суффикс -ин указывает на принадлежность — «чей?» — «сын Бареби».

Корень «бареб-» не встречается в церковных святцах, поэтому искать прямое имя Бареб бесполезно. Скорее всего, в основе лежит глагол «барабанить» или существительное «барабан», но в сокращённой, диалектной форме. В русских говорах слово «баребя» или «бареба» могло означать болтуна, пустомелю, человека, который «барабанит языком» без умолку. Так могли прозвать говорливого, шумного или надоедливого соседа. Вторая, менее вероятная версия — связь с диалектным «бараба» (нечто грубое, неотёсанное) или «барабать» (хватать, тащить). Тогда прозвище давали неуклюжему или хватающему всё подряд человеку.

Фамилия редкая, недворянская. Её носители — потомки крестьян или ремесленников из северных и центральных губерний, где суффикс -ин был основным способом образования фамилий. В документах XVII–XVIII веков встречаются однокоренные фамилии (Барабанов, Барабин), но форма Баребин, вероятно, возникла как местное стяжение: Барабин со временем могли произносить как Баребин, особенно в условиях акающего говора (когда безударное «о» звучит как «а»).

Интересная деталь: у фамилии нет варианта с суффиксом -ов (Баребов), что указывает на её позднее закрепление и на то, что прозвище было личным, а не родовым. То есть предок нынешних Баребиных был не «сыном Бареба», а самим Баребой — человеком, получившим меткое уличное прозвище, которое затем стало фамилией его детей.