Фамилия Беловешкин — редкий пример, где за прозрачной основой скрывается неочевидная история. Вопреки первому впечатлению, её вряд ли напрямую связывали с белкой или её шкуркой (беличьим мехом). Скорее всего, в основе лежит прозвище Беловешка, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — «сын Беловешки».

Разбираем словообразовательную модель. Суффикс -к- в прозвище Беловешка мог выполнять уменьшительную или уничижительную роль. Само слово «беловешка» в диалектах имело конкретное значение. В псковских и тверских говорах так называли белую рыбу — например, уклейку или ряпушку. Значит, предок мог получить прозвище за пристрастие к такой рыбе, за профессию рыбака или за худобу, которую в народе сравнивали с мелкой рыбёшкой.

Есть и вторая версия, менее вероятная, но тоже возможная. «Беловешка» могла быть искажением от «беловежа» — так в древнерусских землях называли светлый терем, башню или укреплённое строение. В этом случае фамилия могла указывать на человека, жившего у белой вежи (башни) или происходившего из местности с таким названием. Однако для версии с «вежей» характерны фамилии на -ский (Беловежский), а не на -шкин.

Именования, образованные по той же модели, что и фамилия Беловешкин, широко представлены в ономастике восточных, западных и южных славян. Славянские фамилии возникали от личного прозвища или от имени (христианского или языческого). Беловешкин — типично «географическая» фамилия: суффикс -ин и корень, связанный с местным диалектом, указывают на северо-западное происхождение (Псковщина, Новгородчина, Тверская земля). В этих краях слово «беловешка» в значении «рыбка» было в ходу, а значит, предок носителя фамилии мог быть рыбаком или мелким торговцем рыбой.

Фамилия недворянская, крестьянская или мещанская, что подтверждается отсутствием в родословных книгах. Встречается редко, что делает её ценной для локальной истории: по такой фамилии можно с высокой точностью восстановить, в каком именно уезде или даже деревне жили предки.