Фамилия Берхауз — редкий пример, где русская фамилия образована не от славянского корня, а от немецкого географического названия. В основе лежит немецкое Bär («медведь») и Haus («дом»). Буквально Берхауз переводится как «медвежий дом» или «дом медведя». В немецкой ономастике так могли называть дом, на котором висел знак с медведем (например, трактир или постоялый двор), либо целую усадьбу, где держали медведей для охоты или забавы. В России эта фамилия закрепилась за потомками немецких колонистов, которых в XVIII–XIX веках приглашали осваивать Поволжье, Новороссию и Прибалтику.

Словообразовательная модель проста: фамилия записана в исходной немецкой форме, без русских суффиксов -ов или -ин. Это характерно для поздних переселенцев, которые сохраняли написание фамилии в документах на немецкий лад. Если бы фамилия обрусела раньше, она могла бы превратиться в Бергаузова или Берхаузева, но этого не произошло — носители оставались в обособленных немецких общинах, где фамилию не адаптировали.

Географически Берхауз встречается в основном в тех регионах, где селились немецкие колонисты: в Саратовской, Самарской, Волгоградской областях, а также на юге Украины и в Крыму. Встречается и в Прибалтике, где немецкое дворянство и бюргерство носило подобные фамилии. В современной России фамилия остаётся крайне редкой — по открытым данным, её носят не более нескольких сотен человек, и почти все они — потомки тех самых переселенцев.

Споров о происхождении почти нет. Версия о том, что фамилия могла быть прозвищем медвежатника или охотника на медведей, возможна, но менее вероятна: в немецких говорах для таких профессий существовали другие слова (Bärenjäger, Bärenführer). Географическая основа (название дома или хутора) — более типичный путь для немецких фамилий этого типа. Сравните с однокоренными Löwenhaus («львиный дом») или Hirschhaus («олений дом») — все они указывали на приметный дом, а не на занятие жильца.

В дореволюционных метрических книгах фамилия могла писаться по-разному: Berhaus, Berghaus, Bärhaus — из-за того, что немецкое ä передавали то через «е», то через «я». Встречается и вариант Бергауз, где «г» появилось из-за оглушения в устной речи. Но основное написание — Берхауз — закрепилось в советских паспортах после 1930-х годов, когда фамилии немецких колонистов русифицировали в написании, но не в звучании.