Фамилия Беззубов — классический пример того, как внешняя или возрастная особенность человека закреплялась за его родом. В основе лежит прозвище Беззубый, которое давали человеку, лишённому зубов, — чаще всего пожилому, но иногда и молодому, потерявшему зубы в драке или из-за болезни. Прозвище было прямым и описательным, без иносказаний.

Модель образования проста и типична для восточнославянских фамилий: прилагательное Беззубый перешло в разряд прозвищ, а затем к суффиксу -ов присоединилось окончание, обозначающее принадлежность («чей?» — «сын Беззубого»). Фамилия Беззубов означает «потомок Беззубого». Суффикс -ов указывает на то, что фамилия формировалась в среде, где преобладала великорусская традиция именования (в отличие от украинских фамилий на -енко или польских на -ский).

Эта фамилия не единична в своём роде. Она стоит в одном ряду с такими же «физиологическими» фамилиями, как Безруков, Безрукавкин, Безносов, Бородатов. Все они фиксировали заметную черту внешности, которая бросалась в глаза окружающим и становилась главным идентификатором человека в быту.

В исторических документах следы этой основы прослеживаются с XV века. С. Б. Веселовский в своих исследованиях упоминает Александра Федоровича Беззубца Кошкина, боярина первой половины XV века, а также Беззубого Василия Ивановича Ларионова, ясельничего великого князя Василия III (1525 год). Обратите внимание: в ранних записях фигурирует форма Беззубец — это вариант того же прозвища, образованный с помощью суффикса -ец, который придавал оттенок уменьшительности или принадлежности к определённой группе. Со временем эта форма почти полностью вытеснилась формой Беззубый, от которой и пошла массовая фамилия Беззубов.

Географически фамилия распространена повсеместно, но чаще встречается в центральных и северных областях России, где была сильна традиция прозвищного именования. Социальный состав носителей был смешанным: от крестьян до служилых людей, как видно из упоминания ясельничего (придворная должность, ведавшая конюшней и охотой). Никакого особого сословного барьера фамилия не имела — прозвище могло закрепиться за любым, у кого не было зубов.