Фамилия Беззубцевы — наглядный пример того, как прозвище, данное по внешнему признаку, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит прозвище Беззубец, то есть человек, лишённый зубов. Чаще всего так могли называть старика, потерявшего зубы к старости, но это не единственный вариант.

Интересно, что в народной среде существовала и обратная, «охранительная» практика имянаречения. Родители могли нарочно назвать младенца Беззубцем — чтобы обмануть недобрые силы и тем самым уберечь ребёнка. Считалось, что такое имя-оберег, полное противоположное желаемому, поможет вырастить мальчика с крепкими и здоровыми зубами. То есть прозвище могло быть не констатацией факта, а ритуальным пожеланием наоборот.

Словообразовательная модель здесь проста и типична для русского севера и центра: суффикс -ец (Беззуб-ец) превращал качество в носителя признака, а фамильный суффикс -ев указывал на принадлежность: «сын Беззубца». Форма Беззубцев — более редкая, чем, скажем, Беззубов, что говорит о её возможной локальной привязке: фамилии на -цев чаще встречались в определённых регионах, например, в бывших новгородских землях.

Точное время возникновения фамилии установить сложно: процесс формирования русских фамилий шёл несколько столетий. Однако сам факт, что прозвище не ушло в забвение, а превратилось в фамилию, говорит о том, что в основе лежала яркая, запоминающаяся черта — пусть и внешняя, но сразу бросавшаяся в глаза.