Фамилия Блашковы — классический пример того, как живая народная речь перекроила исходное слово до неузнаваемости. В основе фамилии лежит древнерусское прозвище Благой, которое в старину имело мало общего с современным значением «хороший, добрый». Чаще всего Благим называли человека с крутым нравом: взбалмошного, вспыльчивого, своенравного, беспокойного, а иногда и просто полоумного. Со временем значение смягчилось, но в основе фамилии закрепился именно тот, первоначальный смысл — указание на поведение и характер предка.

Переход от прозвища Благой к фамилии Блашков произошёл через два последовательных звуковых сдвига. Сначала конечный звук основы «г» по законам русского языка перед суффиксом перешёл в «ж» (как в парах «дорогой — дороже»). Затем звонкий «ж» в позиции перед глухим «ш» оглушился — так появилось «ш». В итоге мы получили фамилию с редким чередованием, которое сбивает с толку при поиске корня.

Фамилия образована по самой массовой модели — от прозвища с помощью суффикса -ов, что указывает на принадлежность: «сын Благого». Вариант Блажков (через «ж») тоже встречается, но форма с «ш» более характерна для говоров, где оглушение согласных было нормой.

Точную географию фамилии Блашковы сейчас определить сложно, но, судя по модели, она могла возникнуть в северных или центральных областях России, где чередование «г/ж/ш» встречается особенно часто. Сословных ограничений у неё не было: прозвище Благой давали и крестьянам, и посадским людям, и даже служилым — в документах XVI–XVII веков встречаются как Благие, так и Блажковы.

По сути, фамилия Блашков — это звуковой слепок живой разговорной речи, где слово прошло путь от прозвища до официального родового имени через естественные для языка фонетические процессы.