Фамилия Блужин образована от прозвища Блужа, которое в старину давали не за праздность, а за склонность «блудить» — то есть шататься, скитаться, сбиваться с пути. В народной речи глагол «блудить» имел широкий спектр значений: от простого плутания по лесу до отлынивания от работы и даже вероотступничества (раскольника тоже могли назвать Блужей). В некоторых говорах это прозвище закрепилось за шалуном, баловником или пакостником. Так или иначе, прозвище Блужа указывало на конкретные черты характера или поведения предка.

Фамилия Блужин следует типичной модели русских фамилий на -ин: суффикс -ин присоединялся к основе, оканчивающейся на -а (Блужа), и означал «чей?» — то есть «сын Блужи». Это одна из самых распространённых словообразовательных моделей в северных и центральных областях России. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще встречались на юге и востоке, фамилии на -ин типичны для новгородских, псковских и владимирских земель.

Редкость фамилии Блужин объясняется не только неблагозвучностью прозвища, но и тем, что церковь не поощряла «блудных» имён. Однако в крестьянской среде такие прозвища держались стойко: в документах XVII–XVIII веков можно встретить крестьян Блуж, Блужиных в архангельских и вологодских писцовых книгах. Позже часть носителей могла сменить фамилию на более благообразную (например, Блудов), но Блужин сохранился как редкий, но живой след народной речи.

Таким образом, предок современных Блужиных — человек, которого в деревне знали как Блужу: возможно, непоседа, бродяга, шалун или просто тот, кто часто терял дорогу. Фамилия не несёт негативного оттенка в современном понимании — она лишь фиксирует прозвище, данное по поведению, а не по роду занятий.