Фамилия Борадуля звучит необычно для русского уха, и это не случайно: её основа, скорее всего, не славянская, а тюркская или иранская. В отличие от типичных русских фамилий на -ов, -ев или -ин, эта фамилия сохранила исходную форму прозвища, а суффикс -уля указывает на уменьшительно-ласкательную или пренебрежительную модель, распространённую в украинской и белорусской антропонимии. То есть перед нами, вероятно, восточнославянская адаптация заимствованного прозвища.

Корень «борад» или «бурад» можно связать с тюркским словом «бура» — верблюд-самец, или с персидским «борад» — брат. В тюркских языках прозвища, образованные от названий животных, были обычным делом: так могли назвать человека за упрямство, выносливость или внешнее сходство. Версия с «братом» менее вероятна для фамилии, так как в прозвищах родственные термины встречаются реже и обычно не дают устойчивых фамилий. Есть и более прозаичное объяснение: в некоторых говорах «борада» — искажённое «борода», и Борадуля могло быть шутливым прозвищем бородатого человека. Но это лишь народная этимология, лингвистически менее обоснованная.

Географически фамилия Борадуля редкая, встречается в основном на западе Украины и в Беларуси, а также среди потомков переселенцев в Сибири. Это подтверждает версию о том, что фамилия оформилась в польско-литовском регионе, где тюркские заимствования (через татарскую шляхту или казачество) смешивались с местными словообразовательными моделями. Суффикс -уля характерен именно для украинских и польских фамилий (например, Каракуля, Хмаруля), и он придаёт основе ласкательный или уменьшительный оттенок.

Таким образом, носитель фамилии Борадуля, скорее всего, потомок человека, которого в шутку или за характер прозвали «верблюжонком» или «бородачом» на украинско-белорусской земле, а само прозвище пришло из степных языков. Точное значение уже не восстановить без архивных записей XVII–XVIII веков, но ясно одно: это не случайная фамилия, а отражение давних контактов славянского и тюркского миров.