Фамилия Бостриков — один из тех случаев, когда за простой на первый взгляд основой скрывается целый веер возможных значений. Образована она по стандартной русской модели: прозвище Бострик плюс типичный патронимический суффикс -ов, то есть буквально «сын Бострика». Но вот что означало само прозвище — тут мнения расходятся, и каждая версия рисует совершенно разный портрет предка.

Самая прямая и материальная версия отсылает к слову «бострик» — так в некоторых говорах называли шест или жердь, которой стягивают сено или снопы на возу, чтобы поклажа не развалилась в дороге. Прозвище могли дать крестьянину, который занимался заготовкой сена, перевозкой грузов или просто был сильным и хозяйственным человеком. В этом случае фамилия относится к числу «профессиональных» именований, где ремесло или занятие становилось семейным именем.

Другая версия ведет к слову «бастр» — сахарному песку, который получали из переработанной патоки. Если допустить, что в основе лежит диалектное «бостр» или «бастр», то Бостриком могли прозвать сахаровара или торговца сладостями. Это редкий, но вполне возможный вариант, особенно если учесть, что в южных губерниях России сахароварение было распространенным промыслом.

Есть и тюркский след. Слово «бастрык» в некоторых тюркских языках означает «незаконнорожденный ребенок». Если прозвище пришло из этой среды, то оно фиксировало социальное положение предка — возможно, подкидыша или ребенка, рожденного вне брака. Версия спорная, но не исключенная, особенно для фамилий, бытующих в регионах с татарским или башкирским влиянием.

Наконец, диалектное «бастрыга» в русских говорах означало человека бойкого, резкого, решительного. Бострик в таком случае — прозвище по характеру: задиристый, острый на язык, не дающий себя в обиду. Эта версия проще и, возможно, правдоподобнее тюркской, поскольку опирается на живую народную лексику.

Что из этого верно для конкретной семьи Бостриковых — сказать без генеалогического исследования трудно. Но ясно одно: основа фамилии не книжная и не церковная, а народная, прозвищная. Искать корни стоит в крестьянской или ремесленной среде, а географически — скорее в центральных или южных губерниях России, где были развиты сенокос, сахароварение и где оседали тюркские заимствования.