Фамилия Брашкин — хороший пример того, как внешне простая основа таит в себе сразу несколько возможных объяснений, и каждое по-своему ведёт к разным занятиям предков. Самое очевидное, что приходит на ум — связь с ремеслом. В русских говорах «брашный» означало «съестной, пищевой», а «брашно» — это еда, кушанье, хлеб. Отсюда «брашник» — человек, связанный с приготовлением или продажей пищи, возможно, повар, кашевар или харчевник. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Брашкин — сын Брашки, то есть человека, которого прозвали по его делу. Такая модель типична для фамилий, образованных от прозвищ по профессии.

Но есть и другой, менее очевидный путь. Брашкин могло возникнуть и от имени Брашка — уменьшительной формы от Братислав или Бранимир. В древнерусской антропонимии усечение имени до корня с добавлением -ка было обычным делом: Братка, Брашко. Если так, то фамилия изначально была отчеством и не несла профессиональной нагрузки, а просто фиксировала родство с человеком по имени Брашко. Склоняет в пользу этой версии то, что фамилия редкая и не встречается массово в торгово-ремесленных слоях, где «брашники» были бы распространены.

Третья версия, более спорная, связывает основу с глаголом «брашить» — в некоторых диалектах это означало «шуметь, ссориться, буянить». Тогда Брашка — прозвище драчуна или задиры. Однако эта гипотеза слабее: глагол редок, а его производные в фамилиях почти не зафиксированы. Скорее всего, перед нами либо забытое ремесло, либо стяжённое славянское имя. Географически фамилия тяготеет к центральным и южнорусским областям, где слово «брашно» было в ходу, но точных данных о сословной принадлежности носителей нет — в документах XVIII–XIX веков Брашкины встречаются и среди крестьян, и среди мещан.