Фамилия Бутнарис — редкая для русского уха, и её происхождение почти наверняка уводит нас за пределы восточнославянских земель. Самая правдоподобная версия связывает её с греческим языком, а точнее — с румынским или молдавским культурным слоем, где греческое влияние было особенно сильным. Основа «бутнар» или «бутнарь» в румынском языке означает «бондарь», то есть мастер, изготавливающий бочки. Суффикс «-ис» — типичный греческий патронимический (указывающий на принадлежность к роду) или просто фамильный показатель. Таким образом, Бутнарис — это «сын бондаря» или «человек из семьи бондаря», а сам родоначальник, скорее всего, занимался изготовлением деревянных бочек и кадок.

Фамилия могла сформироваться на территориях, входивших в состав Российской империи, но с плотным греческим и молдавским населением — в Бессарабии, Причерноморье, Одессе. Греки, переселявшиеся в Новороссию в конце XVIII — начале XIX века, нередко сохраняли фамилии на «-ис», «-иди», «-пуло». Бутнарис — не греческая фамилия в чистом виде (в Греции чаще встречается Вутарас или Варелас), а скорее местный гибрид: славянское или румынское ремесленное прозвище, оформленное по греческому образцу. В пользу этого говорит и то, что «бутнарь» — слово, заимствованное из славянских языков в румынский, а значит, корень может быть общебалканским.

Менее вероятная, но допустимая версия — происхождение от личного имени или прозвища Бутнар, которое могло быть связано с диалектным словом «бут» (глухой звук, удар) или «бутить» (забивать, заколачивать). Но в таком случае суффикс «-ис» остаётся инородным элементом, что делает эту гипотезу слабой. Если бы фамилия была исконно русской, она выглядела бы как Бутнаров или Бутнарев.

Сословная принадлежность носителей фамилии Бутнарис, скорее всего, была мещанской или купеческой. Ремесленники-бочкари в городах Новороссии и Бессарабии составляли заметную прослойку, обслуживая виноделов и рыбопромышленников. Дворянских родов с такой фамилией в гербовниках не зафиксировано. Встретить Бутнариса сегодня можно не только на юге России и Украины, но и в Греции, Румынии, а также в диаспорах — в США, Канаде, Австралии. Фамилия остаётся немногочисленной, но именно эта редкость и делает её верным маркером определённого культурного узла: греко-румынского ремесленного мира Причерноморья XIX века.