Фамилия Чилдин — редкий случай, где за почти прозрачным звучанием скрывается неочевидная основа. На первый взгляд, корень «чилд-» наводит на мысль об английском child (ребёнок), и это не случайное совпадение, но объяснение лежит глубже, в диалектной лексике русского Севера.

Скорее всего, фамилия образована от прозвища Чилда. В архангельских и вологодских говорах «чилда» — это не просто ребёнок, а именно дитя, младенец, иногда с оттенком ласки или жалости. Слово имеет финно-угорские параллели (ср. вепсское čilda — «малыш»), что указывает на древние контакты славянского и прибалтийско-финского населения. Прозвище Чилда могли дать младшему в семье, позднему или болезненному ребёнку, либо человеку с детским, наивным характером.

Модель фамилии — суффикс -ин, который в русской ономастике указывает на принадлежность: «чей?» — Чилдин, то есть «сын Чилды» или «человек из дома Чилды». Это типичная патронимическая форма, распространённая в северных и центральных областях России. Фамилии на -ин часто возникали от прозвищ и имён, оканчивающихся на -а/-я, и Чилдин — один из таких примеров.

Географически фамилия встречается крайне редко. Основные точки — Вологодская и Архангельская области, а также единичные случаи на Урале, куда переселенцы с Русского Севера принесли свои прозвища. В дореволюционных метрических книгах Чилдины фиксируются как крестьяне и мещане, преимущественно из северных уездов.

Версия о заимствовании из английского child маловероятна: в русской среде XVIII–XIX веков такие прямые заимствования в прозвищах почти не встречались, а суффикс -ин в этом случае был бы нехарактерен. Скорее, внешнее сходство — случайность, а истинный корень — в северорусском диалектном слове.

Таким образом, Чилдин — не «детская» фамилия в английском смысле, а свидетельство давнего соседства русских и финно-угров на Севере, где местное слово закрепилось в прозвище и затем в фамилии.