Фамилия Чуревко — яркий пример того, как одна буква в суффиксе меняет историю. Если бы она звучала как Чурев, её носитель был бы прямым потомком человека по имени Чур (или с прозвищем Чур). Но суффикс -ко, распространённый в украинской, белорусской и южнорусской ономастике, указывает на иную модель: это не «сын Чуря», а скорее «маленький Чур» или «потомок Чура» в уменьшительно-ласкательной форме. Такие фамилии на -енко, -ко часто давали молодым людям или младшим членам семьи, а позже закрепились как наследственные.

Основа «Чур» — одно из самых загадочных слов в русском языке. В древнерусском «чур» означало «граница, межа, рубеж», а также было именем славянского божества-охранителя границ (отсюда восклицание «Чур меня!», то есть «Береги меня, дух-хранитель!»). В быту Чуром могли прозвать человека, который жил на границе владений, сторожил межу или был особенно щепетилен в вопросах собственности. Вторая версия — прозвище от глагола «чураться» (сторониться, избегать) — давали нелюдимому или осторожному человеку.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, насколько редка именно форма Чуревко. Массовые фамилии — Чуров, Чуриков, Чуркин, Чураков — встречаются повсеместно. А Чуревко локализована: её география — преимущественно восточная Украина (Харьковская, Сумская области) и прилегающие районы России (Курская, Белгородская области). Это говорит о том, что фамилия оформилась в зоне активного смешения украинского и южнорусского населения, где суффикс -ко был продуктивным, а основа «Чур» сохраняла архаичное значение.

Таким образом, Чуревко — не просто вариация «Чурова», а отдельная модель, возникшая в среде, где ценили уменьшительные формы. Предок носителя этой фамилии, скорее всего, жил на южных рубежах русских земель или в украинском регионе, а его прозвище отсылало к границе, охране или некоему «чурливому» характеру. Точнее сказать трудно: прямых письменных источников по этой фамилии в открытых данных мало, и она остаётся одной из тех, где догадки опираются на лингвистическую логику, а не на документы.