Фамилия Дедюкиев — редкая и неочевидная на слух. Чтобы понять её происхождение, стоит начать не с корня, а с суффиксальной модели. Окончание -ев указывает на типичную русскую патронимическую фамилию, образованную от имени или прозвища отца. Но основа «Дедюк» — это не церковное имя, а скорее уменьшительно-ласкательная или пренебрежительная форма от слова «дед».

В русских говорах «дедюк» или «дедюка» — это не просто «дедушка», а часто прозвище для пожилого, ворчливого или неопрятного мужчины, либо для ребёнка, который ведёт себя не по годам серьёзно. В некоторых диалектах «дедюка» могли назвать и домового. Таким образом, первый носитель фамилии, скорее всего, получил прозвище Дедюк — за характер, внешность или возрастные повадки, а его дети стали Дедюкиевыми.

Бросается в глаза нестандартное написание: не «Дедюков», а «Дедюкиев». Вариант с -иев вместо -ов встречается реже и может указывать на южнорусское или украинское влияние. В украинском языке патронимический суффикс -ич (-иев) более распространён, но в русской среде он часто «обрусел» до -ев. Если бы фамилия была образована напрямую от имени Дедюк, мы бы ждали форму «Дедюков». Форма «Дедюкиев» наводит на мысль, что в основе могло лежать более сложное имя — например, Дедюкий или Дедюка, а затем к нему добавили притяжательный суффикс -ев. Но самый вероятный путь: прозвище Дедюк → отчество Дедюкиев («чей?» — «Дедюкиев сын») → фамилия.

С географией сложно: фамилия настолько редкая, что в массовых базах данных (вроде списков переписей или телефонных справочников) она почти не встречается. Скорее всего, она локальна — могла закрепиться в одной-двух деревнях на юге России или в украинско-русском пограничье. В словарях русских фамилий (Унбегаун, Никонов) эта форма отдельно не разбирается, но логика образования прозрачна: перед нами вариант фамилии Дедюков, только с сохранением более архаичного или диалектного суффикса.

Итог простой: предки носителя фамилии Дедюкиев — это потомки человека по прозвищу Дедюк. Никакой знатной родословной или сложной этимологии за ней не стоит, но сам факт редкого написания делает её отличным примером того, как в фамилии может законсервироваться местная речевая привычка.