Происхождение
Фамилия Деренговский
Фамилия Деренговский — одна из тех, где сразу бросается в глаза суффикс -ский. В русской ономастике этот суффикс почти всегда указывает на польское или украинское происхождение фамилии, реже — на белорусское. В дворянской среде Речи Посполитой такие фамилии образовывались от названий имений: владелец поместья Деренгово или Деренгов становился Деренговским. Но если копнуть глубже, основа «деренг» не так очевидна, как кажется.
Самая прямая версия отсылает к слову «дерен» (кизил) — кустарник с красными ягодами и крепкой древесиной. В польском и украинском языках «deren» значит именно кизил. Тогда Деренговский — человек, живший в местности, где росло много кизила, или владевший участком с названием «Деренги». Однако есть и другой поворот: в старых польских говорах «dereng» могло быть прозвищем для человека с жёстким, «деревянным» характером или даже для торговца кизилом. Географически фамилия встречается не в центральной России, а в западных регионах — на Волыни, в Подолье, в западноукраинских землях, что подтверждает её польско-украинский след.
Формант -овский, а не просто -ский, говорит о том, что фамилия могла пройти через этап адаптации: сначала была форма Деренгов (от названия урочища), а затем к ней добавили типичный для шляхты суффикс. Иногда такие фамилии возникали не от топонима, а от прозвища отца: сына человека по прозвищу Деренга называли Деренговским. В сословном смысле это не обязательно означает дворянство — многие крестьяне и мещане на западе империи брали себе фамилии на -ский по моде, подражая панам. Полной уверенности нет, но если ваши предки происходят из Волынской или Гродненской губернии, шанс, что фамилия связана с поместьем или урочищем, выше.
Есть и редкая версия, которую приводят некоторые этимологи: «деренг» может быть искажённым «деринга» — от немецкого «Dering» (кольцо), что занесли в Польшу переселенцы-колонисты. Но это уже экзотика, без серьёзных подтверждений. В любом случае, Деренговский — фамилия с западным корнем, скорее всего, топонимическая, и её носители вряд ли были исконными жителями московских земель.