Фамилия Дерябкины — одна из тех, где за основу взято прозвище, а не крестильное имя. В её центре — слово «дерябка», и смысл этого прозвища сильно менялся в зависимости от того, в какой части России его давали. Во Владимирской губернии Дерябкой называли плаксу и реву, в Рязанской — забияку и заносчивого человека, а на Среднем Урале — неспокойного, беспокойного ребёнка. Получается, что предок носителей фамилии мог быть человеком либо с неуравновешенным характером, либо, наоборот, бойким и драчливым.

Но есть и другая версия, связанная с природой. Слово «деряба» (или «деряга») на некоторых территориях обозначало птицу — дрозда-рябинника. Если прозвище пошло от птицы, то Дерябкой могли прозвать человека маленького роста или юркого. Так что фамилия Дерябкин могла родиться и из «птичьего» сравнения.

Суффикс -ин в фамилии Дерябкин указывает на типичную восточнославянскую модель: «чей?» — «сын Дерябки». Такие фамилии чаще всего закреплялись в северных и центральных областях России, где патроним на «-ин» был так же распространён, как и на «-ов».

В исторических документах встречаются однокоренные фамилии и прозвища. С. Б. Веселовский упоминает князя Андрея Ивановича Дерябу Шуйского (середина XVI века), крестьянина Гаврилу Васильева Дерябина (1523 год, Переяславль) и подьячего, затем дьяка Давида Корнильевича Дерябичева (1638–1675). Эти записи показывают, что основа «деряб-» бытовала в русском языке уже в XV–XVI веках, причём у людей разного социального положения — от крестьян до князей и дьяков.

Таким образом, фамилия Дерябкины — не про географию или сословие, а про характер или внешность первого носителя прозвища. Она могла возникнуть в нескольких регионах независимо, и точное место её появления установить сложно, но ясно одно: за ней стоит живое, меткое слово, которое когда-то точно описывало человека.