Фамилия Дрыковы — наглядный пример того, как русская фамилия строится от прозвища, которое, в свою очередь, связано с живым разговорным глаголом. Основа здесь — прозвище Дрык, а суффикс -ов указывает на принадлежность: «сын Дрыка» или «из рода Дрыка». Это стандартная и самая массовая модель русских фамилий, но корень у неё не такой уж частый.

Слово «дрык» напрямую связано с глаголом «дрыгать» — то есть трястись, дрожать, бить ногами. В старых говорах это слово описывало и судорожные движения, и упрямое дрыганье ногами. Отсюда два возможных портрета человека, получившего такое прозвище. Первый — непоседливый, беспокойный, возможно, суетливый человек, который постоянно в движении. Второй — упрямый, «упертый», который брыкается, когда его заставляют что-то делать. Оба значения — из одной поведенческой модели.

Есть и третья, менее очевидная версия — «охранительная». В древнерусской традиции родители могли нарочно дать ребёнку прозвище с негативным или нелепым оттенком, чтобы отвести от него злые силы. Назвать сына Дрыком (в смысле «дрыгающийся», «беспокойный») — значит, по суеверной логике, обмануть нечистую силу, чтобы та не позарилась на ребёнка. В этом случае прозвище не отражало реальный характер, а служило оберегом.

Обратите внимание на чередование в корне: глагол «дрыгать» даёт звук г, а прозвище — к. Это историческое чередование согласных, характерное для русского языка (ср. «двигать» — «движок», «берегу» — «беречь»). Оно не меняет смысла, но фиксирует слово в той форме, в которой его застала письменная традиция.

Точное место возникновения фамилии Дрыковы сейчас установить трудно: процесс закрепления фамилий шёл несколько столетий, и прозвищная основа могла появиться в любой губернии. Но сама фамилия — хороший пример того, как за обычным, на первый взгляд, словом стоит целый пласт народной психологии и языкового чутья.