Фамилия Дубоделов — классический пример русского «профессионального» прозвища, которое закрепилось за родом занятий. В её основе лежит прозвище Дубодел, а суффикс -ов указывает на принадлежность: «сын Дубодела». Такая модель образования — одна из самых распространённых в русской ономастике: от прозвища к фамилии через притяжательное прилагательное.

С чем именно была связана работа Дубодела — вопрос неоднозначный. Первая и самая прямая версия: мастер по обработке дуба. Дубовая древесина всегда ценилась за твёрдость и долговечность, поэтому столяры-краснодеревщики, делавшие мебель, бочки, колёса или строительные детали, могли получить такое прозвище по материалу. Вторая версия, менее очевидная на слух, но лингвистически возможная: дубодел — это дубильщик, кожевник, который обрабатывал шкуры дубильными веществами (корой дуба). В этом случае прозвище связано не с деревом как материалом, а с технологическим процессом.

Выбрать одну версию сложно: обе имеют право на существование. Однако в пользу столярной гипотезы говорит прозрачность образа — «делать из дуба» понятнее интуитивно, чем «делать дублёнку». К тому же в русских говорах слово «дубодел» не фиксируется как устойчивый термин для кожевника, тогда как в ремёслах по дереву такие составные прозвища встречаются часто (ср. Дровосеков, Колесников, Бондарев).

Фамилия довольно редкая. Она не встречается в массовых списках дворянских родов и, скорее всего, принадлежала крестьянам или посадским людям — мастерам, чьё ремесло дало прозвище, а затем и фамилию их потомкам. Если искать аналоги, то Дубоделов стоит в одном ряду с Дубовым, Дубовым, Дубовцевым и Дубоделовым — все они так или иначе отталкиваются от дуба, но Дубоделов единственный, кто прямо указывает на действие, на процесс изготовления.