Фамилия Егармины — редкий пример, где основа не заимствована из церковного календаря, а взята прямо из живой народной речи. В её основе лежит диалектное слово «егарма», и сразу бросается в глаза, что значений у него два, причём полярных. Согласно первому, егарма — «очень подвижный человек», то есть непоседа, живчик, который не сидит на месте. Второе значение, напротив, рисует образ неуживчивого, злого человека, с которым трудно найти общий язык.

Какая из двух версий правдоподобнее? Для ответа стоит посмотреть на словообразовательную модель. Суффикс -ин в фамилии Егармин указывает, что прозвище Егарма принадлежало главе семьи: «чей?» — Егармин, то есть сын или потомок Егармы. В русских фамилиях на -ин редко закреплялось прозвище с чисто положительной окраской — чаще они описывали внешность, поведение или род занятий без прикрас. Поэтому второе значение, «человек с неуживчивым характером», выглядит более реалистичным для прозвища, которое могло приклеиться к предку. Хотя и первый вариант исключать нельзя: в среде, где ценилась расторопность, «егармой» могли назвать и шустрого работника.

Фамилия Егармины — штучная, нечастотная. Её география не привязана к какому-то одному региону, что типично для прозвищных фамилий, возникших в разных местах независимо. Процесс закрепления таких фамилий шёл в XV–XVII веках, когда крестьяне и посадские люди массово получали фамилии по прозвищам отцов. О точной дате и месте говорить сложно, но сама основа «егарма» — выразительный памятник русской диалектной лексики, сохранивший в фамилии то слово, которое в живой речи уже почти не встретишь.