Фамилия Форофонтьев — редкий гость в современных телефонных книгах, и именно эта редкость делает её особенно интересной для того, кто хочет понять историю своей семьи. Вопреки распространённому мнению, за этим необычным сочетанием звуков стоит не выдумка писателя-фантаста, а живая традиция славянского именования. Фамилия образована по модели, которая широко представлена в ономастике восточных, западных и южных славян, и по праву считается самобытным памятником славянской культуры.

Основа фамилии — мужское имя Форофонтий. Это народная, разговорная форма церковного имени Трифон, которое носили раннехристианские мученики. В звучащем для современного уха странно «Форофонтии» слышится то, как наши предки переосмысливали малопонятное греческое имя, приспосабливая его к привычной фонетике. Такой процесс, когда книжное имя обрастало просторечными вариантами, был обычным делом в крестьянской и посадской среде. Суффикс -ев в фамилии указывает на принадлежность: Форофонтьев буквально означает «сын Форофонтия», «из рода Форофонтия».

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения. Причина проста: имя Трифон в народном календаре было связано с днём памяти святого мученика Трифона (14 февраля по старому стилю), но в целом оставалось не самым частым. Поэтому и фамилия, от него образованная, встречается точечно, а её носители, скорее всего, происходят из одного или нескольких разрозненных родов, которые не смешивались с многочисленными Ивановыми и Петровыми.

Именования, построенные по той же модели, что и Форофонтьев, — от личного имени с прибавлением притяжательного суффикса — составляют костяк русской фамильной системы. Но если Трифонов встречается часто, то Форофонтьев — вариант штучный. Это говорит о том, что предки носителя фамилии жили достаточно обособленно, а их прозвище закрепилось в документах именно в этой, «окающей» или «акающей», форме.

Безусловно, фамилия Форофонтьев — замечательный памятник славянской культуры, но процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть длительным и не всегда имел привязку только к одной местности. Поэтому окончательно говорить о точном времени и месте происхождения фамилии можно лишь на основании серьёзных генеалогических исследований: изучения метрических книг, ревизских сказок и писцовых донесений. Однако уже сейчас ясно: носитель такой фамилии может по праву гордиться ею как ценным источником семейной истории, ведь она по сей день хранит память о происхождении индивида, а её необычное звучание — лучший повод начать это исследование.