Фамилия Фридинская звучит для русского уха непривычно, и это не случайно: её основа уходит корнями в немецкий язык. Если отбросить типичный для русских фамилий суффикс, останется корень «Фрид», который напрямую связан с немецким словом Friede — «мир, согласие, покой». Скорее всего, так в старину могли прозвать человека миролюбивого и доброжелательного, с которым легко ладить. Эта версия — самая простая и потому правдоподобная: прозвища по характеру давали повсеместно, и они легко закреплялись за потомками.

Есть и второй путь, по которому могла возникнуть эта фамилия. Фрид — это краткая, просторечная форма немецкого имени Фридгельм (Friedhelm), которое дословно переводится как «защита мира». Такое имя было распространено в немецкоязычной среде, и в России его могли носить обрусевшие немцы или выходцы из немецких колоний. В этом случае фамилия указывала бы не на черту характера, а на имя предка: потомок человека по имени Фрид со временем превратился во Фридинского.

Суффикс «-ск-» в фамилии — важная деталь. В русской ономастике он чаще указывает на географическую или сословную принадлежность, но здесь он выполняет скорее оформительскую роль, приспосабливая иностранную основу к русской модели. Интересно, что фамилия сохранилась в женской форме — Фридинская, тогда как мужская, Фридинский, встречается реже. Это говорит о том, что в роду, вероятно, были заметные женщины, либо фамилия бытовала в среде, где её передавали через женскую линию.

Обе версии не противоречат друг другу: и прозвище, и имя Фрид могли существовать параллельно, а фамилия просто закрепила одно из них. Более вероятным выглядит вариант с прозвищем от слова «мир» — он не требует сложных миграций и объясняет фамилию через повседневное общение. Имя Фридгельм — версия для тех случаев, когда в родословной действительно прослеживаются немецкие корни.

Сегодня фамилия Фридинская редкая, она не встречается в массовых справочниках, и это делает её особенно ценной для тех, кто её носит. В ней соединились немецкое звучание и русская грамматика — редкий пример того, как чужая основа органично вписалась в местную традицию именования.