Фамилия Гниятулин — яркий пример того, как арабское имя через тюркское посредство стало русской фамилией. В её основе лежит арабское мужское имя Гниятулла (варианты — Гиниятулла, Гайнетдин). Оно составное: первая часть «гиният» восходит к арабскому «гина» — богатство, достаток, а вторая — «улла» — «Аллах». Вместе имя означает «богатство Аллаха», «дар Аллаха» или «тот, кто обладает богатством от Бога». Это не мирское, а религиозное имя, которое давали с надеждой на божественное благословение и изобилие в жизни.

Интересна суффиксальная модель. Фамилия образована по русскому патронимическому типу с суффиксом -ин, который в русской традиции присоединяют к основам на -а/-я. Однако в тюркских языках (особенно татарском и башкирском) имена на -улла при русификации часто теряли конечный гласный или переоформлялись. В данном случае к основе «Гниятул» (от «Гниятулла») добавили русский суффикс -ин, и получилась фамилия, означающая «сын Гниятуллы». Это типичная модель для татарских и башкирских фамилий, принявших православную форму, но сохранивших мусульманский корень.

Географически фамилия Гниятулин наиболее распространена в Татарстане, Башкортостане, а также в Оренбургской и Челябинской областях — регионах, где исторически жили волго-уральские татары и башкиры. Встречаются варианты написания: Гиниятуллин, Гайнетдинов, Гниятуллин. Разница в окончаниях (-ов, -ев, -ин) связана с разными способами адаптации одного и того же имени в русском делопроизводстве. Например, вариант Гиниятуллин точнее передаёт исходную форму имени с двойным «л», но в фамилии Гниятулин произошло упрощение — выпадение одного «л» и редукция гласного в начале.

Социальный контекст: носители фамилии — потомки мусульманского духовенства, зажиточных крестьян или торговцев. Имя Гниятулла было популярно среди имамов и мулл, поэтому в родословной нередко встречаются религиозные деятели. В советское время фамилия не утратила распространения, хотя её носители часто переходили в светские профессии. С точки зрения лингвистики, это редкий случай, когда арабский корень, пройдя через тюркский язык, получил русский суффикс, но не утратил исходного религиозного смысла.