Фамилия Грацилев — редкий пример, где за основу взято не церковное имя и не привычное славянское прозвище, а слово, пришедшее в русский язык через немецкое посредничество. Самая прямая версия ведёт к немецкому grazil — «изящный, тонкий». Так могли прозвать человека субтильного сложения, миниатюрного или хрупкого. В дворянской и разночинной среде XVIII–XIX веков, где немецкая лексика была в ходу, такое прозвище могло закрепиться как насмешливое или, наоборот, уважительное — в зависимости от контекста.

Однако есть и другой, более редкий путь. В южнорусских говорах и в некоторых промысловых областях бытовало слово «граца» — трезубый крюк или когти для очистки гряд и пашен от сорняков. Если исходить из этой версии, прозвище Грацильный мог получить не внешне изящный человек, а тот, кто работал таким инструментом: крестьянин, огородник или батрак. Версия с немецким корнем выглядит правдоподобнее, поскольку слово «граца» в значении «крюк» — локальное и вряд ли породило бы фамилию на -ев, характерную для центральных и северных губерний.

Суффикс -ев указывает, что фамилия образована от прозвища на -ил(о) или -иль(ный) по модели «чей сын?» — то есть Грацилев буквально значит «сын Грацильного». Это типичная русская патронимическая форма, но с необычной основой: в отличие от фамилий на -ов (Иванов, Петров), основа здесь не имя, а прозвище с отчётливым иноязычным следом. Встречаемость фамилии крайне низкая, что говорит либо о позднем закреплении, либо о единичном прозвище, которое не успело разойтись по многим родам.