Фамилия Гусин построена по самой частотной русской модели — от прозвища или нецерковного имени через притяжательный суффикс -ин. Если основа оканчивается на -а или -я, суффикс будет -ин (ср. Гусин, Птицын, Сорокин), а если на твёрдый согласный — -ов. Это сразу говорит, что в основе лежит слово «гусь» или «гуся» в родительном падеже: «Чей сын?» — «Гусин». Иными словами, предка так и звали — Гуся, Гусь.

Прозвище Гусь в древнерусской среде давали не обязательно за внешнее сходство с птицей. Скорее, за характер или поведение: важная походка, медлительность, обидчивость (гусь — птица гордая и драчливая). В новгородских и псковских берестяных грамотах встречается имя Гусь как нецерковное, то есть данное при рождении наравне с мирскими именами вроде Волк или Заяц. В боярских и служилых списках XV–XVI веков фамилии на -ин, образованные от прозвищ, уже фиксируются: так, в «Ономастиконе» С. Веселовского упоминается Гусь — крестьянин в Дмитрове, а позже Гусины — дворяне, ведущие род от некоего Гуся.

Менее вероятная, но возможная версия — происхождение от уменьшительной формы имени Гурий (Гуря, Гуся). Гурий — каноническое имя, но в народе его часто переделывали в Гуся, отсюда и фамилия. Однако эта гипотеза слабее: прямых письменных свидетельств перехода Гуря → Гуся в документах почти нет, а прозвищная версия подтверждается обилием «птичьих» фамилий по всей России.

Географически фамилия Гусин не привязана к одному региону — она встречается и в центральных областях, и на Севере, и в Сибири. Это значит, что прозвище было распространённым, а не местным. Интересно, что в некоторых говорах «гусин» означало не только «принадлежащий гусю», но и «сделанный из гусиного пуха» — например, гусин тулуп. Но к фамилии это вряд ли относится: прозвище, скорее, давали человеку, а не ремеслу.

В целом фамилия Гусин — типичный пример русской фамилии-прозвища, где птица стала символом человеческих черт. Никакой тайны или сложной этимологии здесь нет: всё прозрачно, как гусиный след на снегу.