Фамилия Идоленков — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, не имеет ничего общего с современным значением слова «идол». В древнерусском языке «идол» означало языческое изваяние, но в основе фамилии лежит, скорее всего, не оно, а каноническое имя Идол, которое было вариантом крестильного имени Иуда (в просторечии — Июда, Идол). Это имя носили многие крестьяне и посадские люди в XV–XVII веках, и оно не несло отрицательного смысла — так называли в честь апостола Иуды (не Искариота, а Иуды Фаддея). Со временем имя стало редким и вышло из обихода, оставшись лишь в фамилиях.

Модель образования Идоленков указывает на суффикс -енков, характерный для южнорусских и украинских земель (особенно для Курской, Воронежской, Орловской губерний). В отличие от «великорусского» -ов (-ев), форма на -енков означала не просто «сын Идола», а «внук» или «младший потомок» — то есть фамилия фиксировала принадлежность к роду Идоленко, а уже оттуда, при русификации, появилось окончание -ов. Первоначально носитель звался Идоленок — «маленький Идол» или «сын Идола».

Двойственность корня даёт почву для альтернативной версии: в некоторых говорах «идол» могло быть прозвищем большого, неуклюжего или упрямого человека (ср. «идолопоклонник» — в переносном смысле, как «болван»). Однако, учитывая устойчивую традицию русских фамилий от уменьшительных форм крестильных имён (Иван — Иваненков, Пётр — Петренков), версия с именем Идол выглядит убедительнее. Прозвищная гипотеза слабее ещё и потому, что тогда фамилия образовалась бы от слова, которое в народной среде было ругательным, а такие прозвища редко становились основой для фамилий у крестьян — их давали скорее холопам, а не свободным людям.

Географически фамилия почти не встречается за пределами центрального Черноземья и востока Украины. В XIX веке Идоленковы — преимущественно государственные крестьяне, то есть лично свободные земледельцы, а не крепостные. Это косвенно подтверждает версию об имени: государственные крестьяне чаще сохраняли старые, архаичные имена и прозвища в документах, чем помещичьи, которым нередко меняли фамилии «на слух». Сегодня фамилия остаётся очень редкой, и её носители, скорее всего, потомки тех самых крестьян из-под Курска или Белгорода, чей предок носил простое церковное имя, со временем ставшее непонятным.