Фамилия Игенов — один из тех случаев, где ключ к происхождению лежит в языке, а не в древнерусском именослове. В её основе лежит прозвище Иген, которое напрямую связано с татарским словом «иген». Перевод у этого слова двойной: «хлеб» и «хлебное поле, нива». Это сразу задаёт направление поиска — перед нами либо «хлебная» фамилия, либо «земледельческая».

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: к основе Иген добавили русский патронимический суффикс -ов, который отвечает на вопрос «чей?». В итоге Игенов — это «сын Игена», «потомок того, кого прозвали Игеном». Такая модель типична для фамилий тюркского происхождения, которые оформились в русской среде уже по русским грамматическим правилам.

Прозвище Иген, скорее всего, не было случайным. Оно могло закрепиться за человеком по роду занятий. Первая версия — профессиональная: Игеном называли пекаря или торговца хлебом, того, кто готовил мучные изделия на продажу. Вторая версия не менее логична: прозвище могли дать земледельцу, хлебопашцу, для которого поле и урожай были главным делом жизни. Оба варианта возможны, и в каждом случае прозвище было говорящим — оно сразу сообщало окружающим, чем человек кормится.

С точки зрения географии, фамилия Игенов встречается в основном в регионах с давними татаро-русскими контактами: в Татарстане, Башкортостане, Оренбургской области. Это подтверждает её тюркские корни. При этом сама фамилия звучит органично по-русски, что и позволило ей закрепиться в документах.

Интересная деталь: в отличие от многих «профессиональных» фамилий, которые образованы от названия ремесла (Кузнецов, Плотников), Игенов отталкивается не от самого занятия, а от его результата или места. «Иген» — это не «пекарь» и не «пахарь» напрямую, а скорее символ того, с чем человек работал. Такое прозвище было более ёмким и могло относиться к разным специальностям в одной сфере.