Фамилия Искрина — одна из тех, что образованы напрямую от прозвища, без промежуточного крестильного имени. В основе лежит слово «искра». Прозвище Искра могли дать человеку с ярким, вспыльчивым нравом — горячему, запальчивому, тому, кто «загорается» мгновенно. Реже прозвище указывало на род занятий: кузнец, оружейник или кто-то, работающий с огнём, например, смолокур или стеклодув.

Модель образования простая: прозвище Искра плюс притяжательный суффикс -ин, который в русских фамилиях отвечает на вопрос «чей?». Искрина — буквально «дочь или сын Искры». Такой суффикс типичен для фамилий, образованных от прозвищ и имён, оканчивающихся на -а или -я (сравните: Гаврила — Гаврилин, Кузьма — Кузьмин). Ударение в фамилии, скорее всего, падает на второй слог: Искрина.

Есть и более глубокая, архаичная версия происхождения, связанная с дохристианскими представлениями. У славян искра считалась не просто частицей огня, а символом жизненной силы, души. Символика была двойственной: искра могла означать и рождение, начало, и грозное, мстительное пламя, несущее уничтожение. Прозвище Искра в этом контексте могло иметь охранительный, обереговый смысл — называя ребёнка «огненным», предки надеялись передать ему силу и жизнестойкость.

Самая яркая страница в истории фамилии связана с лётчиком-истребителем Николаем Михайловичем Искриным. К августу 1943 года, когда ему присвоили звание Героя Советского Союза, он совершил 218 боевых вылетов, провёл 58 воздушных боёв и сбил 10 самолётов противника лично и один в группе. Вскоре его сбили. Покидая горящий истребитель, Искрин получил тяжёлые травмы ног от удара стабилизатором: врачи готовились к ампутации. Однако лётчик настоял на сохранении ног и, вопреки протестам медиков, вернулся в строй — в свой родной 16-й Гвардейский истребительный авиационный полк — уже на протезах. На них он выполнил ещё 79 боевых вылетов и сбил лично шесть самолётов противника. История Николая Искрина — редкий пример, когда фамилия, означающая «искра», оказалась пророческой для её носителя.