Фамилия Казеннова (а также её вариант Казённова) — редкий пример, где прозвище-основа и фамильный суффикс образуют почти прозрачную, но всё же неоднозначную картину. В её основе лежит прилагательное «казённый», которое в старину имело куда более широкий круг значений, чем сегодня.

Начать стоит с самого вероятного объяснения: «казённый» — это человек, связанный с казной, то есть с государственным имуществом и деньгами. Так могли прозвать того, кто нёс службу при царской казне: охранял её, вёл учёт или распоряжался. В этом смысле прозвище Казённый вполне мог получить военный или чиновник, ответственный за сохранность государственных средств. Встречается и более узкая гипотеза: поскольку казна включала в себя и арсеналы, прозвище могло закрепиться за оружейником, работавшим на государство.

Но есть и другая, бытовая версия. В русских говорах «казной» называли не только казну в современном понимании, но и особый чулан или загородку в крестьянской избе — место для хранения самого ценного. Если предок жил в такой избе, прозвище Казённый могло указывать на его дом или на то, что он владел большой «казной» — имуществом. В этом случае фамилия не указывает на службу, а скорее описывает быт или достаток.

Обратите внимание на суффикс: фамилия образована по модели «-ов» (в женском роде — «-ова»), что типично для русских фамилий, возникших из прозвищ. То есть Казеннов — это буквально «сын Казённого» или «из семьи Казённого». Вариант написания через «ё» (Казённова) — не ошибка, а отражение старого произношения, которое в документах часто заменяли на «е». Оба написания законны и встречаются в современных носителях.

Таким образом, предок носителей фамилии Казеннова мог быть либо государственным служащим при казне, либо зажиточным крестьянином с большим хозяйством. Точнее сказать трудно — слишком разные контексты у одного и того же слова.