Фамилия Кеберлейн — один из тех редких случаев, когда написание может ввести в заблуждение. В немецком оригинале она выглядит как Heberlein, но в русском языке закрепилась в форме с «К». Это южнонемецкий вариант более известной фамилии Haber, и корень у них общий — слово haber, то есть «овёс». Скорее всего, первый носитель фамилии был земледельцем, выращивавшим эту культуру.

Но есть и другая версия происхождения, менее очевидная. В некоторых немецких говорах keber означало «майский жук». Прозвище могли дать человеку с характерным цветом глаз, одежды или просто за беспокойный нрав — жук этот известен своей активностью и громким жужжанием. Какая из версий вернее, сказать трудно, но обе имеют право на существование: фамилия записана в южнонемецких регионах, где овёс был важной культурой, но и прозвища по насекомым тоже встречались.

Географически фамилия прочно связана с Поволжьем. В архивах УВД Омской области сохранилась запись о Кеберлейн Анне Андреевне, родившейся в 1893 году в АССР Немцев Поволжья, Добринский район. А в документах белорусского общества «Мемориал» упоминается Кеберлейн Егор Богданович, 1910 года рождения, из деревни Файфер — тоже из Республики немцев Поволжья. Это подтверждает, что носители фамилии были среди поволжских немцев, переселившихся в Россию ещё в XVIII веке по приглашению Екатерины II.

Суффикс -лейн (нем. -lein) — типичный южнонемецкий уменьшительный суффикс. Вместе с основой он даёт значение «маленький овёс» или «сын того, кто связан с овсом». Такая модель образования фамилий характерна для Баварии, Швабии и Австрии, где уменьшительные формы имён и прозвищ были нормой. Так что Кеберлейн — не просто указание на занятие, а ещё и региональный маркер: фамилия выдаёт южное происхождение предков.

В России фамилия остаётся редкой. Встречается в основном в местах компактного проживания потомков поволжских немцев — Омская область, Алтайский край, Саратовская область. Егор Богданович Кеберлейн, например, родился в немецкой колонии Файфер, которая в советское время вошла в состав Марксштадтского кантона. Такие записи — ценный след для тех, кто ищет свои корни в немецких колониях Поволжья.