Фамилия Хензин — редкий случай в русском ономастиконе, где иноязычная основа попала в типично русскую словообразовательную модель. Судя по суффиксу -ин, фамилия образована по схеме «чей?» — то есть «сын человека по прозвищу или имени Хенза». Такая модель характерна для восточнославянских фамилий, особенно распространённых в центральной и северной России, а также среди крестьянства, где притяжательные прилагательные на -ин давали фамилии от основ на -а/-я.

Сама основа «Хенз-» почти наверняка не славянская. Наиболее вероятное объяснение — немецкое или еврейское происхождение. В немецком языке существует фамилия Hänsel или Hensel — уменьшительная форма от имени Hans (Иоганн). Через диалектное произношение или при записи в русских документах форма могла трансформироваться в «Хензель» или «Хенз», а затем получить русский суффикс -ин. То есть Хензин — это русифицированная версия немецкой фамилии, которую дали потомку немца, переселившегося в Россию. Подобные случаи массово возникали в XVIII–XIX веках, когда в Поволжье, Причерноморье и Петербургской губернии селились немецкие колонисты.

Есть и другая, менее вероятная версия: связь с еврейским именем Ханина (уменьшительное Хеня) или с идишским словом «хенд» (рука). В таком случае фамилия могла означать «сын Хени» или быть прозвищем по профессии — например, мастера, работающего руками. Но для еврейских фамилий типичнее суффиксы -зон, -ман, -берг, -штейн, а -ин встречается реже и обычно указывает на долгое проживание в русской среде.

Географически фамилия Хензин встречается точечно, без выраженного ареала. Единичные носители зафиксированы в Москве, Санкт-Петербурге, на Урале и в Сибири — что косвенно подтверждает версию о переселенцах из немецких колоний, которых в XIX веке отправляли на восток. В дореволюционных метрических книгах фамилия почти не попадается, что говорит о её немногочисленности.

По сословной принадлежности предки Хензиных, скорее всего, относились к мещанам или государственным крестьянам. Дворянских родов с такой фамилией не известно. В советское время фамилия не исчезла, но осталась редкой — сегодня в России её носит, по приблизительным оценкам, не более нескольких десятков человек.