Фамилия Хлевов — редкий пример того, как в основе родового именования оказалось не личное имя, а бытовое слово, связанное с крестьянским двором. Образована она по самой распространённой модели: от прозвища Хлев с помощью патронимического суффикса -ов, который буквально означает «сын Хлева» или «из семьи Хлева». Такой способ словообразования в XV–XVII веках был типичен для центральной России, где прозвища, данные односельчанами, закреплялись за детьми и внуками.

Исходное слово — «хлев», то есть крытый загон для крупных домашних животных. В разных регионах эту постройку называли по-своему: где-то стайкой, где-то овином, но суть оставалась одной — защитить скотину от холода, дождя и снега. Хлев обычно ставили тут же, на усадьбе, рядом с избой и амбаром, чтобы зимой было удобно ухаживать за животными. Летом скотина ночевала в открытом загоне, а в холодное время года практически не покидала хлева.

Прозвище Хлев могло возникнуть по-разному. Наиболее правдоподобная версия — профессиональная: так могли назвать человека, который держал много скота, занимался его разведением или торговал скотом. В среде, где род занятий часто заменял имя, подобные прозвища были естественны. Менее вероятно, но тоже возможно, что Хлевом дразнили неопрятного человека, живущего, по мнению соседей, не лучше, чем в хлеву. Такая ироничная номинация тоже встречалась, хотя для фамилии чаще закреплялось именно «деловое» прозвище.

Фамилия Хлевов — самобытный памятник славянской культуры, но её конкретная география размыта. Поскольку слово общеупотребительное, однофамильцы могли появиться независимо друг от друга в разных уездах. Точное время и место возникновения каждой отдельной ветви Хлевовых можно установить только через серьёзные генеалогические изыскания — изучение писцовых книг, ревизских сказок и метрических записей. Без таких документов любое утверждение о едином предке останется лишь предположением.