Фамилия Хлибцев — редкий случай в русском ономастиконе, где корень почти наверняка указывает на профессию, но с неожиданным диалектным оттенком. В основе лежит слово «хлиб», которое в южнорусских и украинских говорах означает «хлеб». То есть Хлибцев — это «хлебный» человек, сын хлебопёка или торговца хлебом. Форма с «и» вместо «е» (Хлибцев, а не Хлебцев) сразу выдаёт региональное происхождение: фамилия закрепилась в тех местах, где аканье и замена «е» на «и» в безударной позиции были нормой ещё до фиксации фамилий в документах.

Модель образования проста и типична для русского бытового прозвища: основа «Хлиб/Хлеб» плюс суффикс -ец (Хлибец — человек, связанный с хлебом), а затем патронимический суффикс -ев, указывающий на принадлежность: «чей? — Хлибцев». Такая цепочка — от прозвища к отчеству, а затем к фамилии — обычна для крестьянских и мещанских родов XVII–XVIII веков. В отличие от дворянских фамилий на -ский, Хлибцев не претендует на географическую привязку: он прямо говорит о ремесле.

Интересно, что параллельные формы — Хлебцев, Хлебников, Хлебодаров — встречаются гораздо чаще, а Хлибцев остаётся локальной, «гнездовой» фамилией. По данным переписей XIX века, основная масса носителей сосредоточена в Курской, Воронежской и Харьковской губерниях — как раз на стыке великорусских и малорусских говоров, где слово «хлиб» бытовало в быту. В северных и центральных губерниях фамилия почти не встречается: там говорили «хлеб» и образовывали фамилии от полногласной формы.

Споров о происхождении корня практически нет. Единственная альтернативная версия — связь с диалектным глаголом «хлибать» (хлебать, есть жидкое) — маловероятна, так как в фамилиях редко закрепляются глагольные формы без суффикса -л-. Версия с хлебом надёжнее и подтверждается массой однокоренных фамилий в соседних регионах.

Таким образом, предки Хлибцевых — скорее всего, хлебопёки или торговцы хлебом из южнорусских чернозёмных областей. Фамилия не несёт дворянского или духовного оттенка, но крепко держится за крестьянский и мещанский быт, где хлеб был основой жизни и давал прозвище, пережившее века.