Происхождение
Фамилия Хотулёвы
Фамилия Хотулёвы — редкая, и её разбор требует внимания к неочевидным деталям. В основе лежит прозвище Хотуль, Хотуля, которое в русской ономастике чаще всего связывают с глаголом «хотеть». В старину «хотуль» или «хотуля» могли называть человека постоянно желающего чего-то, жадного до приобретений, либо, наоборот, настойчивого в своих стремлениях. Однако есть и другая, менее известная версия: в северных и сибирских говорах «хотуля» — это прозвище для того, кто часто и громко хохочет (от «хохотать»). В этом случае фамилия оказывается не про желание, а про весёлый нрав предка.
Фамилия образована по стандартной русской модели: к прозвищу на -а/-я добавили суффикс -ёв, указывающий на принадлежность («чей?» — Хотулёв). Форма во множественном числе «Хотулёвы» подчёркивает родовую принадлежность: «из дома Хотулёвых». Суффикс -ёв под ударением (а не -ев) — важная деталь: он указывает, что в основе был звук, который после твёрдого согласного перешёл в «ё» под ударением. Такое написание встречается реже, чем «Хотулевы», и может говорить о местном говоре, где «ё» произносили отчётливо.
Географически фамилия тяготеет к северо-востоку России. По данным переписей и архивов, Хотулёвы встречаются в Вологодской области, в Пермском крае и в Кировской области. Это регионы, где сохранились древние прозвища и где фамилии часто фиксировали не по церковному имени, а по бытовой черте человека. Если предок был Хотулёй из-за своего «хотения» (например, завидный жених или скуповатый хозяин), то прозвище могло закрепиться за всей семьёй.
Сравнение с однокоренными фамилиями — Хотов, Хотенов, Хотунцев — показывает, что корень «хот-» был продуктивным в русском именослове. Но Хотулёвы стоят особняком: суффикс -ул- (как в «вертун» — «вертуля») придаёт прозвищу оттенок снисходительности или насмешки. Скорее всего, предок был заметен не делом, а характером — упрямством, страстью или смешливостью. Никаких сведений о дворянском происхождении фамилии нет: это крестьянский или посадский род, чья история осталась в метрических книгах и ревизских сказках, а не в гербовниках.