Фамилия Худоносов — яркий пример русской фамилии-прозвища, где основа сложена из двух корней: «худо» (плохо, скудно, неказисто) и «нос». Вопреки интуитивному желанию увидеть в ней насмешку над формой носа, значение, скорее всего, было другим. В старину «худоносый» могло означать не «человек с плохим носом», а «тот, кто плохо нюхает» или «человек с малым, слабым обонянием». Такие прозвища давали по физиологическим особенностям или по профессии: например, охотник или зверолов, у которого чутьё было не главным достоинством, или работник, связанный с дурными запахами.

Словообразовательная модель фамилии типична для восточнославянского ареала: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»). Худоносов — буквально «сын Худоноса» или «потомок Худоносого». Фамилия недвусмысленно простонародная: прозвища с корнем «худо-» (Худяк, Худоногов, Худорожков) редко встречались у дворянства и духовенства, зато были обычны среди крестьян и посадских людей. В документах XVII–XVIII веков подобные прозвища фиксировались в северных и центральных уездах России, особенно в Вятской и Пермской губерниях, где сохранилась архаичная традиция именования по внешним или бытовым приметам.

Интересная деталь: фамилия Худоносов почти не встречается за пределами России, в отличие от более распространённых «носовых» фамилий (Носов, Носачёв). Это говорит о её локальном происхождении — возможно, она возникла в одной волости или даже в одной деревне. В современных справочниках фамилия не входит в первую тысячу по частотности, что делает её ценной для генеалогического поиска: если вы Худоносов, велика вероятность, что все носители фамилии восходят к одному предку, жившему в XVI–XVII веках.

Версия о том, что «худоносый» — это человек с тонким, длинным или некрасивым носом, менее вероятна. В русской диалектной лексике слово «худой» чаще означало «тощий, пустой, дырявый», а не «уродливый». Прозвища по форме носа обычно строились иначе: Курносый, Долгонос, Губонос. Поэтому основная гипотеза — функциональная: человек, у которого нос «не работает», то есть плохо чует. Такое прозвище могло закрепиться за охотником, который вечно не мог взять след, или за понюшником табака, у которого обоняние притупилось от привычки.