Фамилия Кисляковский — одна из тех фамилий, где изначальное прозвище обрастает суффиксами, указывающими на географическую или сословную принадлежность. В её основе лежит прозвище Кисляк, а суффикс -овск(ий) типичен для польской, украинской и западнорусской шляхетской модели образования фамилий — по названию поместья или местности. Иными словами, Кисляковский — это «тот, кто из рода Кисляков» или «владелец хутора/деревни Кисляково».

Прозвище Кисляк, как и однокоренные Кислый, Кисляй, Кислята, восходит к прилагательному «кислый». В народной традиции это слово имело несколько значений, и не все они были обидными. Чаще всего Кисляком называли весельчака и хлебосольного хозяина — человека, у которого «кислое» (то есть хмельное, брага или квас) не переводилось, а значит, ни одна свадьба или праздник не обходились без его участия. Такое прозвище говорило о зажиточности и открытом нраве.

Но была и другая сторона: «кислым» в некоторых говорах называли вялого, медлительного или чересчур задумчивого человека. Оба варианта возможны, хотя первая версия — с отсылкой к хмельному угощению — встречается в ономастических словарях чаще.

Менее вероятна, но всё же упоминается версия о связи с растением — кислицей (щавелем). Имена от названий трав и растений действительно были в ходу в старину, но для фамилии Кисляковский эта гипотеза слабая: суффикс -як указывает скорее на носителя качества («кислый человек»), чем на растение.

В исторических документах фамилия прослеживается по записям С. Б. Веселовского: Кислый князь Иван Иванович (первая половина XVI века), Кисляй-крестьянин (1546, Новгород), Кисляк-крестьянин (1630, Новгород), а также Кисловский Иван Борисович (1622, Тверь). Эти примеры показывают, что прозвище было распространено в северо-западных и центральных русских землях, а фамилия на -ский могла закрепиться позже, при переходе в служилое сословие или при оформлении дворянских родов.

Таким образом, Кисляковский — фамилия с живой бытовой основой, которая через прозвище, указывающее на характер или ремесло предка, со временем приобрела «географическое» окончание, поднявшее её в социальном статусе.