Фамилия Колошина — женская форма фамилии Колошин, а та, в свою очередь, образована от прозвища или нецерковного имени Колоша. Значение фамилии напрямую зависит от того, что именно вкладывалось в это слово.

Самая прямая версия связывает прозвище с одеждой. «Колоша» или «колошка» в русских говорах — это штанина, часть брюк от колена до ступни, а также паголенок (часть чулка или сапога). Человека, носившего необычные, заметные колоши, или, возможно, портного, который их шил, могли прозвать Колошей. Это бытовое, описательное прозвище — самый распространённый тип русских фамильных основ.

Вторая версия выводит фамилию из профессиональной сферы. В горном деле «колоша» — это точная мера руды и угля, которую засыпали в доменную печь за один раз. Соответственно, Колошей могли называть рудокопа, шахтёра, плавильщика или мастера, отвечавшего за загрузку печи. Эта версия менее очевидна, но имеет право на существование, особенно в регионах с развитой горнодобычей.

Существует и третье, менее вероятное объяснение — от украинского глагола «колошкати», то есть «будоражить, пугать, тревожить». В таком случае прозвище могло указывать на беспокойный, суетливый характер человека. Однако эта гипотеза слабее двух первых, так как в основе фамилии лежит не глагол, а существительное «колоша».

Среди носителей фамилии есть заметная историческая фигура — Пётр Иванович Колошин (1794–1848). Он служил коллежским советником в Департаменте внешней торговли, но в историю вошёл как участник ранних декабристских организаций. Колошин состоял в «Священной артели», был членом-основателем «Союза спасения» (1816) и входил в Коренной совет «Союза благоденствия», где с 1819 года председательствовал в Московской управе. Он также считается одним из авторов программного документа декабристов — «Зелёной книги». Его пример показывает, что фамилия, имеющая корни в крестьянском или ремесленном быту, к XIX веку уже прочно закрепилась и в дворянской среде.