Фамилия Колыманов образована по стандартной русской модели с патронимическим суффиксом -ов, который указывает на принадлежность («чей?» — сын Колымана). В основе лежит личное прозвище или нецерковное имя Колыман. Такие именования, образованные по той же модели, широко представлены в ономастике восточных, западных и южных славян, но в русской традиции они чаще всего возникали от бытового прозвища, а не от крестильного имени.

Что могло значить слово «Колыман»? Самый прямой путь — к названию реки Колымы. Однако прозвище Колыман вряд ли давали просто «живущему на Колыме»: русские фамилии от названий крупных рек (Волгин, Донской) встречаются, но для этого нужно, чтобы человек был широко известен как выходец оттуда. Колыма как географическое имя в XV–XVII веках была известна в основном в контексте сибирских походов, и прозвище Колыман мог получить первопроходец или промышленник, ходивший «за Колыму».

Есть и другая, более бытовая версия. В русских говорах слово «колыма» или «колымага» означало повозку, крытый возок, а также неповоротливого, тяжелого на подъем человека. Прозвище Колыман в этом случае могло характеризовать либо род занятий (возчик, извозчик, мастер, делавший повозки), либо манеру поведения — медлительного, грузного человека. Модель образования прозвища через суффикс -ан (как Гулян от гулять, Болван от болван) типична для русской народной антропонимии.

Спор о том, что первично — река или прозвище, — решается в пользу прозвища. Фамилия Колыманов фиксируется в переписях центральных и северных губерний России (Вологодская, Вятская, Пермская) задолго до массового освоения Дальнего Востока. Это говорит о том, что предок Колымановых получил прозвище на месте, в метрополии, и лишь в XIX–XX веках носители фамилии могли расселиться за Урал. Таким образом, корень фамилии — не столько география, сколько характер или ремесло: ваш предок мог быть либо обозным возчиком, либо человеком, которого в деревне дразнили за медлительность.