Фамилия Комызин — яркий пример того, как прозвище, данное человеку по характерной черте, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит диалектное слово «комы́га» или «комы́зга». В южнорусских и некоторых среднерусских говорах так называли нелюдимого, угрюмого человека, который ходит насупившись, «комом». Реже слово фиксировалось в значении «неряха» или «неповоротливый». Прозвище Комыга давали тому, кто отличался замкнутым или тяжелым нравом, а со временем оно превратилось в фамилию с помощью типичного для русской ономастики суффикса принадлежности -ин.

Суффикс -ин указывает на то, что фамилия образована от основы, оканчивающейся на гласный или мягкий согласный (Комызг-а → Комызг-ин). Это одна из самых распространённых моделей в русских фамилиях, особенно в северных и центральных регионах. Любопытно, что в говорах встречается и вариант «комыздить» — ворчать, брюзжать, что добавляет ещё один штрих к портрету родоначальника. Таким образом, первый Комызин — это, скорее всего, человек, которого в деревне прозвали за его угрюмый или ворчливый характер.

В отличие от многих фамилий, образованных от крестильных имён (Иванов, Петров), Комызин стоит в ряду «прозвищных» фамилий, которые напрямую описывали внешность или поведение предка. Географически фамилия тяготеет к югу России — её чаще всего можно встретить в Воронежской, Ростовской и Волгоградской областях, что совпадает с ареалом бытования говора с корнем «комыг-». Встречаются и однокоренные фамилии: Комыгин, Комышев, но Комызин — наиболее частотный вариант.

Стоит отметить, что существует и менее вероятная, но возможная версия: связь с тюркским словом «комыз» (кумыс). Однако для образования русской фамилии с суффиксом -ин эта основа малопригодна (дала бы форму Комызов), к тому же кумыс — напиток, а не личное прозвище. Поэтому версия с диалектным прозвищем остаётся основной и самой убедительной.