Фамилия Койгельдиева — яркий пример тюркского антропонимического наследия, которое в XX веке органично влилось в русскую фамильную систему. Её основа — мужское имя Койгельди, а суффикс -ев указывает на принадлежность (буквально «сын Койгельди»). Это типичная модель для фамилий, возникших у народов Северного Кавказа, Поволжья и Средней Азии, где русская администрация или поздняя паспортизация прибавляли к местным именам стандартные окончания.

Само имя Койгельди — сложное, составное. Первая часть, «кой», восходит к тюркскому «кой» (овца), что в переносном смысле могло означать «богатство» или «благополучие» (скот был главной мерой достатка). Вторая часть, «гельди», переводится как «пришёл». Таким образом, Койгельди — это имя-пожелание: «богатство пришло» или «благополучие явилось». В традиционных обществах такие имена давали долгожданному ребёнку, особенно если предыдущие дети умирали, — считалось, что имя, означающее приход достатка, защитит младенца.

Географически фамилия Койгельдиева распространена в основном среди казахов, кумыков и ногайцев. Если предки были казахами, то имя могло быть дано по обычаю «ата-тегу» (наречение в честь уважаемого старшего). У кумыков и ногайцев, живущих в Дагестане и Ставрополье, фамилии на -ев(-ова) закрепились в XIX — начале XX века при записи в метрики. Интересная деталь: в отличие от русских фамилий, которые часто происходят от прозвищ или профессий, Койгельдиева — чисто «именная», то есть напрямую от личного имени предка, без промежуточного прозвища.

Встречается и вариант написания с «а» на конце — Койгельдиев, но для женщин в русской традиции закрепилась форма Койгельдиева. Встречается также редкое написание через «е» в корне (Койгельдеева) — это результат диалектного произношения или ошибок писаря. Фамилия не имеет отношения к русскому слову «гель» (обувь) или немецкому «гельд» (деньги) — это чисто тюркская конструкция.

Социальный статус предков установить сложно: имя Койгельди могли носить и рядовые скотоводы, и зажиточные кочевники. Ясно одно — фамилия указывает на человека, чьи корни уходят в степную или горную культуру, где имя было не просто ярлыком, а заклинанием на счастливую судьбу.