Фамилия Кпусткина — редкий случай, когда написание сразу бросается в глаза и вызывает вопросы. Первая ассоциация с «капустой» здесь обманчива: в корне нет буквы «а», и это не ошибка, а, скорее всего, следствие живого произношения или старой орфографии. В русских говорах, особенно в северных и сибирских, звук [а] после мягкого согласного мог редуцироваться или записываться на слух как «у» в безударном положении. Поэтому «Кпусткина» — это, по всей видимости, фонетический вариант фамилии Капусткин, где «а» «съелась» при быстром произнесении и закрепилась в документах.

Словообразовательная модель здесь простая: основа «капуст(к)а» или «капуст(к)ин» (в значении «принадлежащий капусте» или «относящийся к капусте») плюс суффикс -ин, указывающий на принадлежность. Фамилии на -ин характерны для центральной России и севера, они образуются от названий растений, животных, предметов быта. В данном случае прозвище Капустка мог получить либо огородник, торговавший капустой, либо человек, которого дразнили за любовь к этому овощу, либо, что менее вероятно, обладатель большой головы, которую в народе сравнивали с кочаном.

Поскольку фамилия встречается нечасто, говорить о её массовом сословном распространении сложно. Скорее всего, её носили крестьяне или мещане — в среде дворянства и купечества такие «растительные» фамилии встречались реже. В дореволюционных переписях Капусткины (и их вариант Кпусткины) фиксировались в основном в Тверской, Ярославской и Вологодской губерниях — регионах, где капусту выращивали в больших объёмах и где существовал устойчивый говор с редукцией гласных.

Уникальность фамилии Кпусткина — в её написании. Оно не ошибка, а живое свидетельство того, как фамилия звучала в реальной речи. Если бы документы заполнял грамотный писарь из столицы, мы бы имели стандартного Капусткина. Но её зафиксировал местный дьячок или чиновник, который писал на слух, не сверяясь с правилами. Поэтому Кпусткина ценна как лингвистический артефакт: она показывает, что в языке XIX века безударные гласные могли «выпадать» не только в бытовой речи, но и в официальных записях, закрепляя за потомками необычное написание.