Фамилия Кравченя — показательный пример того, как одно прозвище может спутать две совершенно разные профессии: портного и придворного виночерпия. Разберёмся, откуда взялась путаница и что на самом деле могло лежать в основе фамилии.

Самая распространённая и логичная версия ведёт род Кравченя к польскому слову krawiec — «портной». В белорусских и западнорусских землях, где польское влияние было сильным, это слово легко прижилось и дало начало фамилии. Характерный суффикс -еня, как в фамилиях Козленя, Бобреня, выдаёт белорусское происхождение: он придаёт прозвищу уменьшительный или «сыновий» оттенок, то есть буквально «сын портного» или «маленький портной».

Однако существует и другая версия, более редкая, но не менее интересная. Она связывает фамилию со словом «кравчий» — боярским чином в Московском государстве. Кравчий отвечал за царский стол: следил за напитками и яствами, а в торжественные дни лично рассылал кушанья с царского стола по домам знати. Должность эта была чрезвычайно почётной: в кравчие назначали только членов самых родовитых фамилий, часто из шуринов или иных родственников царя. Оставались они в этой должности не более пяти лет — такова была традиция. Впервые звание «кравчий» упоминается в 1514 году, а сама должность существовала с конца XV века.

Какая из версий правдоподобнее? Для фамилии Кравченя — первая, «портновская». Дело в том, что фамилии на -еня в массе своей бытовали среди простых людей, а не среди боярства. Кравчий же — титул высшей знати, и его носители получали фамилии по совсем другим моделям (например, Воротынские, Мстиславские). Поэтому, скорее всего, предок носителя фамилии Кравченя был обычным портным или закройщиком, а путаница с кравчим возникла из-за созвучия слов в народной этимологии.