Фамилия Куроебов — один из тех случаев, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, не смягчившись и не завуалировавшись со временем. Она образована по стандартной патронимической модели: к основе «Куроеб» прибавили суффикс принадлежности -ов, и получилось «сын Куроеба». Разбирать здесь этимологию долго не приходится: «куроеб» — сложение слов «кура» (курица) и «еб-» (от глагола, обозначающего половой акт). Прямое значение прозвища — «тот, кто совокупляется с курами».

В русской народной традиции такие прозвища не несли в себе буквального обвинения в скотоложстве. Чаще всего это была грубоватая, площадная характеристика человека, который, например, воровал кур или, наоборот, был настолько беден и голоден, что «любил кур больше, чем людей», то есть только на них и мог рассчитывать как на пропитание. Не исключено, что прозвище дали за неуёмную страсть к петушиным боям или за назойливую, суетливую манеру поведения, которую в деревне сравнивали с поведением петуха в курятнике. Ономастика знает множество «животных» прозвищ с сексуальным подтекстом (например, Жеребец, Кобель), и Куроеб стоит в том же ряду бытовой, нецензурной, но не обязательно уголовной номинации.

Географически фамилия редкая и «гнездовая». Она почти не встречается в центральных губерниях, зато фиксируется в южнорусских и казачьих областях, а также на Русском Севере, где сохранялась архаичная лексика. В словаре Б. О. Унбегауна «Русские фамилии» Куроебов не упоминается, что косвенно подтверждает её локальный, недворянский характер. Сословно это, скорее всего, крестьянская или однодворческая фамилия: прозвища такого рода редко закреплялись за духовенством или купечеством.

В XX веке фамилия, естественно, попала под давление советской цензуры и бытовой эвфемизации. Многие носители меняли её на Куроедов, Курочкин или даже Ерофеев, чтобы избавиться от неудобного звучания. Поэтому сегодняшние Куроебовы — это, скорее всего, потомки тех, кто либо жил в глухой местности, где на прозвище не обращали внимания, либо сознательно отказался от смены, сохранив фамилию в первозданном, пусть и вызывающем, виде.