Фамилия Ларивон — редкий случай, когда в основе лежит не каноническое имя, а его народная, разговорная форма. Если отбросить типичный для русских фамилий суффикс принадлежности -ов, получится основа Ларивон. Это не что иное, как просторечный вариант имени Илларион (в церковной традиции — Иларион). В русских говорах начальное «и» часто переходило в «л» под влиянием других имён (Лариса, Лавр), а безударное «о» в суффиксе закрепилось на письме. Так Илларион превратился в Ларивона, а затем и в фамилию.

Само имя Илларион греческого происхождения и значит «весёлый, радостный». Однако в крестьянской среде, где фамилии массово закреплялись в XVIII–XIX веках, семантика имени уже не играла роли. Человека записывали по отцу: если главу семьи звали Ларивон, его дети и внуки становились Ларивоновыми. Со временем фамилия могла сократиться до формы Ларивон — либо из-за особенностей местного говора, либо при переписи, когда писарь опустил окончание.

Словообразовательная модель здесь проста: суффикс -ов указывает на прямое родство («чей?» — Ларивонов), а усечение до Ларивон — это либо вторичная форма, либо результат того, что фамилию записали без патронимического суффикса, что изредка встречалось на севере и в Сибири. Сравните с фамилиями Ларионов (от Ларион) и Илларионов (от полной церковной формы): Ларивон стоит ближе к живой устной традиции, чем к книжной записи.

Географически фамилия тяготеет к регионам, где было сильно влияние северных и центральнорусских говоров с их аканьем и заменой «и» на «л»: Владимирская, Костромская, Ярославская губернии. Встречается она нечасто, что неудивительно: имя Илларион хоть и было распространено, но его разговорная ветвь Ларивон дала меньше производных, чем стандартное Ларион. В современных справочниках (например, у Б. Унбегауна) фамилия не выделяется отдельно, но типологически она вписывается в ряд «народных» патронимов, которые не успели вытесниться литературной нормой.

Таким образом, носитель фамилии Ларивон может быть уверен: его предок звался Ларивоном — скорее всего, вольным крестьянином или мещанином, чьё имя записали так, как слышали, без оглядки на церковный устав.